Смерть "солнечного" малыша. (Трагедия в Камышле)

История, рассказанная Равгатом Димухаметовым, трогает до глубины души.
Любая внезапная смерть абсолютно здорового человека - трагедия.
А здесь только начинающий жить малыш... 

Тимур1                                                                                                     Тимур  Ахматзянов

По словам Равгата, медики Камышлинской центральной больницы, буквально на глазах «залечили» его 3-летнего племянника до смерти. Мужчина просит ему помочь и рассказать всем, какой беспредел процветает в районной больнице. Сейчас медики пытаются переложить вину в смерти ребенка, на и без того убитую горем мать и представить всё так, что она слишком поздно обратилась за помощью, да и вообще практически не посещала поликлинику.
Но…
По утверждению дяди  погибшего Тимура (так звали ныне покойного малыша) он практически ни чем не болел и рос активным, жизнерадостным мальчиком, посещая как и большинство детей детский сад. Все прививки ему были сделаны по возрасту, а если когда и случалась с ним неприятность вроде небольшой простуды, то родители старались лишний раз не водить его по врачам. К тому же в приёмном отделении местной больницы, в которой принимают не только детей, но даже лиц БОМЖ и иные маргинальные категории граждан, можно запросто подхватить всё что угодно.


- Я пойду до конца - говорит Равгат. - Крайне важно чтобы такие случаи не оставались безнаказанными. Этим врачам и им подобным не место в медицине. Столько загубленных людей в районе, а они продолжают работать! 

Уверен: Тимура можно было спасти, если бы педиатр Абдуллаева провела полное обследование ребенка и вовремя поставила бы верный диагноз, а не начала спонтанное лечение по нескольким симптомам, которое всё только усугубило.

Своими глазами

Чтобы своими глазами оценить что же на самом деле происходит, отправляюсь в Камышлу. 
Первым объектом становится Камышлинская центральная районная больница. Внешне корпуса медицинского учреждения выглядят достойно, заметно, что не так давно был ремонт. Через приемный покой попадаешь в детское отделение, где тебя встречает местный слесарь и практически сразу начинает сетовать на бардак в больнице. Испуганные, то ли визитом журналиста, то ли чем-то иным, мамочки прячутся в палатах. Поднимаюсь в кабинет и.о. главного врача Светланы Русиновой. Женщина, узнав, что ей заинтересовались СМИ, начинает заметно нервничать и перекладывать документы, лежащие на столе, с одного угла на другой. 

- Я не имею права комментировать, - говорит Светлана Анатольевна, – тем более, что-то говорить ещё рано, так как следственный комитет проводит проверку, по итогам которой можно будет делать выводы. А ещё есть понятие «врачебная» тайна, которую мы не имеем право разглашать. Могу сказать лишь то, что ребенок был в отделении и умер в больнице. Больше ни о чём говорить права не имею...

Прежде, чем покинуть Камышлинскую ЦРБ, захожу в кабинет педиатра Гульфиры Абдуллаевой, той самой, что принимала Тимура в больнице. Но и она отказывается давать какие-либо комментарии, да и вообще то ли делает вид то ли, действительно, с трудом вспомнает о маленьком мальчике, который скоропостижно скончался, пока она "наугад" ставила диагноз.

Следующим объектом посещения становится Камышлинская прокуратура.
Гостеприимный прокурор.
Но и он от моего неожиданного визита «путается в показаниях» и за весь период общения так и не даёт внятного ответа на вопрос о том: есть ли у больницы акт государственной приемки? А позже, и вовсе вторя Русиновой, сетует на то, что в настоящее время ведётся проверка, по итогам которой уже можно будет комментировать что-то более конкретное.
По-поводу же акта государственной приемки советует обратиться к главному врачу, а вовсе ни к нему.
Получается, что больница спокойно функционирует, а прокуратура даже не имеет понятия, есть ли у неё акт государственной приемки и все ли документы в наличии для того, чтобы заниматься врачебной деятельностью.

Далее в маршруте - администрация Камышлинского района.
На момент приезда (а это было 13 января 2015 года, в обычный рабочий день) никого из руководства не оказывается, а председатель собрания представителей Камышлинского района и местный депутат Фаиль Шаймарданов категорично заявляет, что сейчас он не готов ничего комментировать и настаивает на предоставлении ему всех вопросов в письменном виде...
                 
Камышлинская ЦРБ                                                                                                                                               Камышлинская ЦРБ



Солнечный малыш.

Что же на самом деле случилось в тот роковой для семьи Ахматзяновых ноябрьский день?

Мама 3-летнего Тимура, Зульфия Ахматзянова, встречает меня в своем уютном доме.
Кроме погибшего Тимура, у нее еще 5 сыновей, причем трое приемных.
Никакой разницы в отношении к детям не чувствуется. Зато очень чётко ощущается как застыла в доме жизнь с того дня, как не стало самого младшего, Тимура.
«Солнечного малыша», как называли его все родные.
Пока старшие сыновья делают уроки, Зульфия, безуспешно пытаясь сдержать поток слёз, рассказывает события страшного дня, в котором навсегда остался её долгожданный сынок.

Зульфия                                                                                                                                        Зульфия Ахматзянова

Всё произошло внезапно и прямо на  наших глазах...
Ноябрьским утром из-за сильного холода на улице, в детский сад малыша решили не вести. Тимур, как обычно, проснулся, позавтракал и устроился на диване смотреть мультики. Вскоре он задремал, а Зульфия на какое-то время прилегла рядом.

- Никогда не забуду. В этот день Тимур, намного больше чем когда-либо лез ко мне ласкаться и просил, чтобы я полежала рядом - будто чувствовал…- продолжает свой тяжёлый рассказ многодетная мама - Когда он заснул, я пошла заниматься делами по дому. Но около полудня вдруг услышала, что ребенок стал хрипеть. Подбежала к нему, а у него начали синеть губки. Попыталась разбудить - почти не реагирует, только чуть слышно стонет. Бросилась звонить снохе, чтобы та вызвала скорую. Скорая помощь приехала быстро.

В больнице малыша толком не посмотрели, а сразу же положили в палату. Никаких анализов не брали, сказали, что сейчас просто не кому из взять, потому что обеденный перерыв.
Заведующая педиатрическим отделением Гульфира Абдуллаева по одним внешним симптомам сделала заключение, что у Тимура, по всей вероятности, эпилептический припадок и отек головного мозга и начала лечение.
Ему сделали укол – смесь димедрола и папаверина, немного позже добавили преднизолон.
Состояние сына менялось каждую минуту: в один момент он неожиданно пришел в сознание и начал истошно кричать. Когда успокоился и закрыл глазки, педиатр отправила меня домой за документами и «нурофеном»…

С малышом остались мои сестры они-то и заметили неладное: Тимур стал постоянно скрежетать зубами, ручки его повисли как плети, а ножки стали просто ледяными. Вдруг, он широко открыл глаза и громко вздохнул.
Больше малыш не дышал...
Сестра мгновенно побежала за помощью, но педиатра на месте не оказалось.
Тогда сестры стали звать терапевта и гинеколога - врачей, которые в тот момент вели прием в поликлинике при больнице. Не дышащему уже минут 5 Тимуру сделали кордиамин...
Когда я привезла документы, именно они боролись за жизнь моего ребенка в реанимационном кабинете.

Через некоторое время ко мне вышел терапевт. 
Он сказал, что Тимура спасти не удалось: «слишком поздно меня позвали, не успел моторчик запустить»…
Тело увезли на патологоанатомическое исследование в СГДКБ №1, где выдали справку о том, что причина смерти отложена до обследования "R 99"...

 Место, где пытались реанимировать Тимура
                                 здесь пытались реанимировать Тимура  

 

 

Борьба за справедливость

Сегодня Равгат Димухаметов представляет законные интересы родителей Тимура и пытается доказать, что именно из-за халатности врачей, а не чего-то там ещё скончался его племянник.

После смерти ребенка, медицинскую карту и заключение патолога – анатома изучал независимый эксперт кардиолог – реаниматолог, который заключил, что ребенка можно было спасти, если бы сразу поставили диагноз и провели соответствующие процедуры.
Причем оборудование больницы позволяет лечить детей с таким диагнозом.

Также Равгат приводит дополнительные аргументы: врачи не взяли у родителей ребенка разрешение на медицинское вмешательство, а впоследствии выписали три(!) медицинские справки о смерти мальчика, в двух из которых указали недостоверные факты: якобы ребенок умер в другом месте и причиной смерти послужило самоубийство. И, по какой-то причине, исправили записи в книге регистрации стационарных больных, а также поставили диагноз без каких-либо анализов только после смерти Тимура. Равгат утверждает, что его сестра не давала разрешения на медицинское вмешательство:

- После смерти малыша эти документы чудесным образом появились, только подписи на них не моей сестры. Чтобы это доказать, мы готовы провести экспертизу - уверенно говорит Равгат.


Книга регистрации больных  - выделено    79    80    84

Журнал регистрации и три справки о смерти Тимура Ахматзянова


Не первый случай

Как выяснилось, это не первый случай, когда у Зульфии пострадал ребенок.
Первый раз она обратилась за помощью, когда заболел средний 12 – летний сын Вильсур. Тогда ему было 2 месяца. Мальчик три дня истошно кричал, а врачи разводили руками.

- Я не выдержала и начала настаивать, чтобы сына отвезли в больницу им. Калинина, - вспоминает Зульфия, – Удалось кое-как выпросить, чтобы нас на скорой доставили в город, потому что никакого лечения не было. Ему даже диагноз не поставили, а только кололи димедрол и реланиум! Когда привезли больницу Калинина, его сразу осмотрела педиатр и поставила диагноз – отит. Представляете, столько времени до этого ребенок плакал и страдал от неправильных, я бы сказала безграмотных и даже преступных действий врача?! Но ведь проще обколоть ребёнка убойной смесью снотворного и транквилизатора! Причём врачом была та самая Абдуллаева, которая после окончания рабочего дня спокойно ушла домой. Только вот младшенького мы от неё не успели спасти…

А приемный сын, 12–летний Ванечка стал инвалидом. Ребенок уехал совершенно здоровый в лагерь, а оттуда его доставили с переломом основания черепа 12 см.

- Он несколько дней пролежал всё в той же районной больнице, - говорит Зульфия. – И выписали его с температурой и в полубреду. Я сразу вызвала такси и сама отвезла его в больницу им. Калинина. Там все врачи были в шоке, что такого «тяжелого» ребенка привезли на обычном такси. Но он был в таком состоянии, что мог в любой момент умереть – и выбора не оставалось. Спасти Ваню удалось, но сын стал инвалидом. До этого был активным: занимался танцами, спортом- теперь на домашнем обучении.

 

Нельзя больше молчать

Желающих высказаться о медицинской помощи в районе оказалось много. Люди сетовали, что врачи буквально с температурой выгоняют домой.

Например, по словам Фании Рафиковой, год назад по вине местных врачей умер ее 27–летний сын Ренат.

- Сын поскользнулся и неудачно упал на спину, - рассказывает Фания – Он сразу обратился в больницу, но его отправили домой, посоветовав натирать ушибленное место мазями и 10 дней спать на полу, на ровной поверхности. Ренату на следующий день стало хуже и он опять пошел в больницу. Ему поставили диагноз – трещина позвоночника и положили под капельницу. На 7 день у сына появились галлюцинации, он сбежал из больницы и умер.
Причину смерти определили, как «отравление неизвестными веществами». Видимо, в больнице его чем-то обкололи, а у сына началась реакция на эти препараты.

Не понимаю, как так можно «лечить» людей, не стыда ни совести у них нет. 

Сын другого местного жителя, Фарита Гилязова, обратился в районную больницу села Камышла с высокой температурой. По словам Фарита, парня буквально прогнали из больницы.

- Увидев, что сыну отказываются оказывать медицинскую помощь, я отвез его в соседний район Северный, - говорит Фарит – И что вы думаете, сыну поставили диагноз – мышиная лихорадка. Как можно с таким заболеванием, отправлять ребенка домой?
Конечно, понятно, что они не знали, что у него. Ведь даже не удосужились взять анализы и обследовать, как полагается. Зато потом говорили, что все сделали как следует, даже записи в карточки появились, хотя все обследование и лечение мы провели в другом районе. Больше я в эту больницу не обращаюсь, пытался наказать их, но все тщетно.
Сами понимаете, медицинскую ошибку сложно доказать.
Знаю одно: если они будут продолжать практиковать, смертность в районе только возрастет.

Обидно, что нет справедливости и повсюду «круговая порука».

 

Комментарий Равгата Димухаметова, дяди погибшего Тимура, помощника депутата Самарской Губернской Думы Юрия Еременко:

- Нашей районной больнице просто необходимы радикальные изменения.
Хотя в большинстве своем здесь работают прекрасные специалисты.
Некоторых медиков, в том числе и врача-педиатра, который поставил неверный диагноз моему племяннику, нужно просто менять. Уверен, что за считанные дни сюда найдут прекрасных специалистов, которые будут грамотно относиться к своему делу.
Я всего лишь хочу, чтобы мне, моей семье, да и всем остальным жителям Камышлы было не страшно приходить за помощью к медикам. Чтобы мы могли быть уверены в том, что их действия не приведут к летальному исходу или инвалидности.

Тимура уже не вернуть, но, возможно, мои действия спасут жизнь и здоровье ещё не одного человека.

Тимур2                                                               солнечный малыш, Тимур Ахматзянов

На обращение Равгата Димухаметова, и.о. главного врача, педиатр высшей категории , стаж 24 года Светлана Русинова ответила следующее:

- Неправильное лечение ребенка возможно привело к дыхательной, а затем к сердечной недостаточности, которая на фоне тяжелой наследственной патологии сердца (гипертрофическая кардиомиопатия) послужила причиной смерти ребенка.

Также в письме Русинова утверждает, что ребенка с «бронхитом» водили в детский сад, что является жестоким отношением матери к ребенку.
И лечение кашля препаратом «Синекод», который якобы использовала мама Тимура, недопустимо.

Любопытен и факт установления причины смерти – «возможно неправильное лечение».
Это устанавливает педиатр со стажем 24 года.

- Прилагаю мое личное мнение по поводу смерти ребенка, - продолжает в ответе Русинова – В случае судебного разбирательства, мы будем ходатайствовать в органы опеки по поводу нахождения приемных детей в Ваших семьях, т.к несвоевременное обращение за медицинской помощью влечет создание для детей опасной для жизни ситуации.

Несмотря на письменные «угрозы» Русиновой, Равгат намерен довести дело до конца, чтобы справедливость восторжествовала, а виновные в случившемся были наказаны по всей строгости действующего законодательства.



 

Материал подготовили: Юлия Волкова, Нина Карпова