Я точно знаю: есть онЕ - инопланетянЕ!

10617

 

Если бы я одна была свидетелем того события, мне можно было бы и не поверить вовсе, посмеяться  надо мной или  даже покрутить у виска. Однако же нас было двоё – я и Славик. Третьей могла бы стать «двортерьер» Молли, но она для красноречивого свидетеля, увы,  не актуальна.

Шёл 1996-ой.

Славик в те времена жил у двоюродной сестры Марии, а та, в свою очередь, у их деда, которого все называли ГригОрич. Мария была глубоко-беременной и передвигалась с большим трудом. Учитывая бесконечную занятость мужа и наличие дворняги Молли, вполне логично, что обязанности по выгулу домашней питомицы практически полностью легли на Славу.

Первая же любовь, с самого что ни на есть первого взгляда, шандарахнула нас со Славой двумя годами ранее. Год мы компостировали друг другу мозги, обоюдно нервируя "шура-мурами" с другими мальчишками и девчёнками, а потом наконец решились на признания, первый поцелуй и всё-такое.

Март той весны был суровым.  Но крепкие юношеские чувства согревали нас, звёзды освещали дорогу, а Молли, натерпевшаяся за день, справляла свои нужды почти за каждым снежным бугорком. Возвращаясь со школьного двора,  мы  хохотали над тем, как «остаток нужды» примёрз к собачьему заду и та, пытаясь от него избавиться, усердно ездила на заднице,  активно загребая при этом передними лапами. 

Я  всё потешалась над  Молли, как её, вдруг, в добавок к пируэтам, осветило каким-то ярким ультрафиолетовым лучом. Свечение  походило  на свет  огромного прожектора с  крыши соседнего здания, в котором располагался городской ОМОН (отдел милиции особого назначения).

А Славик перестал смеяться и начал молча дёргать меня за рукав пуховика.

- Чего? – не оборачиваясь, спросила я.

Ответа не последовало. Обернувшись, я взглянула на Славу, а тот стоял с раскрытым  ртом, округлившимися как блюдца глазами, смотрел вверх  и указательным пальцем тыкал куда-то в небо.

Я тоже посмотрела вверх, а там…

Над соседним домом  в прямом смысле ЗАВИСЛА какая-то  штуковина, похожая на огромный строительный кран! Форма её была необычной, похожей на  букву «П». Только ножки этой «П» были не под углом 90 градусов, а «разъехались» градусов на 45. Свечение же оказалось вовсе не прожектором на крыше соседнего здания ОМОНа,  а сиянием от этой штуковины.

Картина маслом: двое подростков и собака с примёрзшей  к заду какашенцией, в безмолвном изумлении пялятся в небо, а их освещает какое-то непонятное сияние от ещё менее понятного объекта...

Минута, и НЕЧТО покрывается густым голубым туманом, уменьшается в размерах до звёздочки и медленно уплывает по ночному полотну небес...

В тот вечер я ещё долго смотрела в окошко. А Славик, отошедший от удивления и быстро переключившийся, с иронией вопрошал:

- Что, думаешь,  что они ещё прилетят за тобой и скажут: ой, простите, мы вас забыли?)
- Да ничего я не думаю - задумчиво отвечала я, не переставая всматриваться в бескрайние просторы небосвода...

Прошло много лет. 
Мы давно в разводе. 
Больше ничего подобного никто из нас не видел.